О «Мемориале» и его деятельности вряд ли кто из ныне живущих ничего не знает. Ведь эта организация, нежданно-негаданно появившаяся на свет в приснопамятное перестроечное время, развернула такую кипучую деятельность по части «поиска правды» и «восстановления справедливости», что не замечать её может только мёртвый.

Одних памятников и памятных знаков всякого рода «жертвам», по инициативе «мемориальцев» (но не за их счёт) по Эрэфии возведённых и всюду, где место для них нашлось, размещённых, можно тысячи насчитать.

Подобное — и даже гуще — с печатной продукцией.

О чём тоже не знают только мёртвые. Как и то, что вся кипучая деятельность «мемориальцев» подчинена одной цели — дискредитации советского прошлого и, прежде всего, эпохи Сталина.

Аникоммунизм и русофобия при этом получаются как бы сами собой…

Нетрудно догадаться, что для такой сверхактивности «Мемориала», особенно в условиях общего, начиная с 90-х годов, кризиса и массовой бедности в стране, имеются какие-то скрытые для нас, простых смертных, источники денежных знаков и материальных благ.

К тому же: кажется трудно объяснимым отсутствие со стороны «широкой общественности» мало-мальски заметного противодействия «мемориальным» памятникам, изваяниям и сочинениям.

В таких условиях удерживать монополию на истину для «Мемориала» особого труда не составляет. Тем более при наличии у его членов стойкого иммунитета к чужому мнению, ещё больше — к фактам.

И это среди нарастающего, словно девятый вал, количества исследований и печатных трудов, опровергающих утверждения мемориальцев о «сталинском терроре», «массовых репрессиях», «политике геноцида», «голодоморе» и проч., и проч.

Опять вопрос: почему наши законники и правоведы уже много лет идут в ногу с «Мемориалом»?

Впрочем, законники и правоведы начали именно так шагать ещё раньше «мемориальцев» — с 1956 года, сразу после хрущёвской фальшивки «О культе личности…». Так что и «Мемориал» вполне подходит для его определения как побочного сына Никиты-кукурузника.

А может, и внука…

Во всяком случае, родство душ здесь очевидное. Тем не менее, «37-й год», бывший для Хрущёва основополагающим, для новых поколений гробокопателей из «Мемориала» и граждан, шагающих с ними в ногу, перестаёт быть стержневым.

Теперь они добрались и до Великой Отечественной.

…В своё время специально для «Дуэли» мною было проведено исследование соответствующих материалов, хранившихся в двух главных — государственном и партийном (КПСС) архивах Тверской (Калининской) области по «польской» проблеме.

Тогда в области (в Эрэфии тоже) во всю шла суета вокруг «польских захоронений» в Медном.

Естественно, в обоих архивах о «расстрелах НКВД» польских граждан ни одного слова найдено не было. О чём и было сообщено в статье «О ком скорбит Тверской «Мемориал» («Дуэль», N 4 2004 г.).

Зато среди разных бумаг попадались весьма интересные и содержательные по части всё тех же «массовых политических репрессий», часть из них и была использована в вышеупомянутой статье.

Осталось ещё кое-что.

Сегодня это «кое-что» и кое-что из вновь обнаруженного предлагается читателям «К барьеру!».

Для запевки — некоторые факты из «перестроечных» времён. Не очень многие знают, что горбачёвско-яковлевская кампания «по реабилитации» началась у нас задолго до 18 октября 1991 года — дня принятия Верховным Советом РФ закона «О реабилитации жертв политических репрессий». Если опять же судить по нашей Тверской (Калининской) области, то особенно оживилась эта работа в конце 1980-х годов и, естественно, она носила плановый характер.

К примеру, практически все дела осуждённых в годы (и в ходе) коллективизации были пересмотрены ещё в 1989 году. При этом выявилось, что некоторые из дел ранее уже рассматривались и соответствующие решения по ним выносились.

Так, ещё в 1957 году было инициировано расследование законности осуждения в 1933 году группы жителей д. Гаврильцево Удомельского района «за антисоветскую контрреволюционную деятельность». В эту группу входило 8 человек — членов сельхозартели «Новый Путь».

В чём они конкретно обвинялись можно понять из постановления от 23 января 1933 г., вынесенного в отношение одного из них — Яковлева И.Я., а именно:

…Работая председателем колхоза, вместе с остальными кулаками, пробравшимся в колхоз к командным должностям… вёл контрреволюционную работу, направлял на срыв проводимых мероприятий в колхозе, на развал колхоза путём агитации и вредительства в колхозе…

И — статья 58, п.п. 9,19,11 УК РСФСР…

Вину обвиняемых подтвердили более десятка свидетелей. А потому и решение о передаче следственного дела на рассмотрение «тройки» ОГПУ представляется обоснованным.

«Тройка» приговорила двух обвиняемых к 3 годам ИТЛ, пятерых — к 5-ти (один из обвиняемых умер во время следствия).

Приговор вынесен 28 февраля 1933 года, через неделю — 7 марта — поезд повёз их на Белбалканал…

И вот новое следствие — уже на предмет реабилитации. Как и положено, запрашиваются данные о судьбе фигурантов дела в их бытность уже «на воле», разыскиваются свидетели и все, кто может хоть что-то сообщить о событиях 24-летней давности.

Следственное дело, которое вёл старший следователь следственного отдела УКГБ по Калининской области капитан Лавров, было завершено 30 января 1958 года. В нём говорилось:

Яковлев И.Я. и другие привлечённые по делу лица арестованы в декабре 1932-январе 1933 гг. и обвинялись в том, что, являясь в прошлом наиболее зажиточными крестьянами д. Гаврильцево и вступив в колхоз, они, будучи родственниками, заняли в нём руководящие посты и проводили вредительскую работу, направленную на развал колхоза. Кроме того, занимались антисоветской агитацией…

Управлением КГБ по настоящему делу проведена проверка. В ходе её передопрошены свидетели Большаков, Новиков, Филиппов, а также допрошены новые знавшие арестованных лиц свидетели Кошлюнов и Дмитриев.

Большаков полностью подтвердил свои

Филиппов частично подтвердил свои прежние показания. Передопросить других свидетелей не представлялось возможным… Однако их показания не вызывают сомнений, т.к. они подтверждаются показаниями вновь допрошенных свидетелей Кошлюнова и Дмитриева…

На основании изложенного, учитывая, что оснований для реабилитации привлечённых по делу лиц не усматривается,

ПОЛАГАЛ БЫ

Постановление Тройки ПП ОГПУ МО от 28 декабря 1933 г. оставить в силе…

А 30 лет спустя горбачёвско-яковлевское «мемориальное правосудие» решило иначе: все 8 человек невиновны и являются «невинными жертвами» тоталитаризма.

Аналогичную индульгенцию получила теперь и группа лиц, на пересмотр дела которых в своё время даже хрущёвское «правосудие» не решилось (надо полагать, тогда капитан Лавров не был одинок). Речь идёт о разоблачении в 1933 г. в городе Вышний Волочёк преступной «бригады» из бывших провокаторов и городовых уездного полицейского управления.

О том, что это были за люди, можно судить по справке из дела:

Старший городовой Вышневолоцкого полицейского управления Кутузов А.П., 1883 г. рожд., скрыл службу в полицейском управлении в течение многих лет, устроился на службу в 144 стрелковый полк плотником хозкоманды, где группировал социально чуждый элемент, был тесно связан с кулаком Мироновым, явно враждебным по отношению к Советской власти, открыто выступал против всех мероприятий партии и правительства, поддерживал связь с Смирновым В.В., провокатором Вышневолоцкого полицейского управления, а последний, в свою очередь, с бывшими полицейскими Тарасовым и Акимовым, ныне пролезшим в партию, Тумановым — бывшим полицейским — и другими городовыми…

Из материалов дела, где приводятся многочисленные факты антисоветской и вредительской деятельности этой компании видно, что перед нами лица, заслуживающие сурового наказания.

Так и произошло: фигуранты дела получили от 3-х до 10-ти лет ИТЛ.

А через шестьдесят пять лет новорусская «демократическая» фемида — младшая сестрёнка хрущёвской — признаёт их невиновными, пополняя тем самым список «невинных жертв политических репрессий» пятью фамилиями!

О сугубо политическом заказе подобных оптовых реабилитаций свидетельствует наименование органа, эти дела решавшего — Калининская областная прокуратура. Что ни в какие правовые ворота не лезет. Ведь рассматривать подобные дела и, естественно, выносить свой вердикт, уполномочены лишь соответствующие суды и трибуналы.

Что касается последних, то даже во времена хрущёвской «оттепели» дела осуждённых военным трибуналом обязательно рассматривались тоже военным трибуналом. Соответствующего военного округа.

А здесь — пожалуйста, без трибуналов обошлись!

Не будет лишним узнать, за что всё-таки тогда судил наш «военный суд», зачастую приговаривая к «вышке». И начнём с докладных записок, справок и других сообщений ненавистного «мемориальцам» и им подобным НКВД СССР именно в годы Великой Отечественной войны.

Из «Аналитической записки» (от 4 марта 1942 г.) председателя Военного трибунала НКВД по охране тыла Калининского фронта военного юриста 2 ранга Уварова, направленная секретарю Калининского обкома ВКП(б) тов. Бойцову:

…На территории, освобождённой от немецких захватчиков, работаю с 3 января 1942 года. С этого времени по февраль включительно Военным трибуналом лиц гражданского населения осуждено 217 человек, из которых за преступления контрреволюционного характера — 203 чел., или 93,5% к общему числу осуждённых за этот период. Остальные 14 человек осуждены за общеуголовные преступления, в частности, за бандитизм, за уклонение от выполнения госповинностей в военное время, за уклонение от призыва по мобилизации в Красную Армию и за расхищение соцсобственности.

Таким образом, подавляющее большинство осуждённых совершили контрреволюционные преступления, и эти преступления по своему характеру являются:

1. Измена Родине, предательство и помощь немецким оккупантам всевозможными способами — 183 чел.

2. Контрреволюционная агитация — 20 чел.

Всего — 203 чел.

Данные по возрастному составу: до 40 лет — 56, 40-50 лет — 34, 50-60 лет — 48, более 60-ти лет — 45 чел.

Данные по классовому составу: рабочие — 17, служащие — 43, крестьяне колхозники — 97, крестьяне единоличники — 21, быв. кулаки — 5 чел.

Эти данные свидетельствуют о том, что 50% осуждённых за прямую помощь немецким оккупантам составляют лица в возрасте от 50 лет и выше, 26 — крестьяне единоличники и бывшие кулаки, процент которых с учётом малочисленности этой группы населения является солидным.

В прошлом судимых — 20 чел., ранее проживавших в Германии (бывших военнопленных) — 18 чел., которые, владея разговорной немецкой речью, быстро завязывали связи с захватчиками.

Не менее интересные данные даёт анализ их служебного положения в период преступной деятельности в пользу немецких оккупантов:

1. Состояли на службе в качестве старост деревень — 94 чел.

2. То же — в качестве волостных старшин —
3 чел.

3. Нижних чинов полиции — 27 чел.

4. Прочих служащих так называемых местных органов власти —
9 чел.

5. Лиц, оказавших активную помощь немецким захватчикам по собственной инициативе, не состоящих на службе — 50 чел.

Обращает на себя внимание число лиц, осуждённых Военным трибуналом за оказание помощи немецким захватчикам по собственной инициативе, куда входят, главным образом, лица, совершившие акты предательства — выдачи немцам партийно-советского актива, партизан и выходивших из вражеского окружения воинов Красной Армии…

В числе осуждённых мы имеем… бывших членов и кандидатов в члены ВКП(б) — 8 чел. и членов ВЛКСМ — 5 чел.

Наиболее характерными делами осуждённых за контрреволюционные преступления бывших коммунистов и комсомольцев являются:

1. Дело Чуркина Н.И., колхозника д. Любилево Тургиновского р-на, члена ВКП(б) с 1930 г. — сжёг партбилет, согласился стать старостой, изымал скот, коней, собирал тёплые вещи, отремонтировал для немцев два дома.

2. Дело Иванова Г.В., жителя г. Калинина, чл. ВКП(б) с 1939 года, который после захвата г. Калинина добровольно поступил на должность квартального и выявлял коммунистов и лиц еврейской национальности и занимаемые ими квартиры, а также требовал от комендантов домов выявления лиц, враждебно настроенных по отношению к немцам.

3. Дело Франтова А.Ф., 1891 г. рожд., проживавшего в пос. Луковниково, канд. в чл. ВКП(б), который, находясь в Луковниковском партизанском отряде, в ноябре 1941 года из отряда дезертировал, вошёл в связь с офицером фашистской разведки и ездил с ним в легковой машине… для выявления партизан. Кроме того, сообщил офицеру фашистской разведки приметы находящихся в партизанских отрядах руководителей района т.т. Зингера, Беляева и др.

4. Дело Боброва А.С., чл. ВКП(б), который до оккупации пос. Луковниково работал заведующим райсберкассой, а с приближением фронта не эвакуировался, в партизанский отряд не пошёл, а проживал в д. Борисцево и в последних числах ноября 1941 г. вошёл в связь с офицером фашистских войск, был назначен старостой этой деревни, понуждал население работать на немецкую армию, вплоть до того, что заставлял ручным способом молоть зерно для немцев, учинил публичное истязание 12-летнего мальчика Егорова за то, что тот якобы украл у немецкого солдата табак. Лично выгонял население для эвакуации в тыл немецкой армии.

5. Дело Шевелева С.В., 1907 г. рожд., канд. в чл. ВКП(б), бригадира Свердловской МТС Луковниковского р-на, который с МТС не эвакуировался, в райвоенкомат не явился, остался проживать в д. Антоново. В декабре 1941 г. завербован немецкой комендатурой, получил задание на выявление коммунистов и партизан в 20-ти ближайших деревнях, но выполнить это задание не успел, поскольку немцы были изгнаны, а Шевелев разоблачён и арестован.

По всем делам бывшим коммунистам — расстрел…

Все приговоры Военного трибунала Военным Советом Калининского фронта утверждены. Таким образом, осуждено к высшей мере наказания — расстрелу — 106 чел., к лишению свободы — 77 чел. Всего — 183 чел…

С подобными персонажами в информационных документах того времени приходится встречаться довольно часто. В том числе и с членами ВКП(б) и ВЛКСМ…

Так, заместитель начальника управления НКВД по милиции Крылов, докладывая в обком ВКП(б) о результатах борьбы с мародёрством с 20 февраля по 1 марта 1942 г., сообщает, что… арестован Журавлёв Иван Яковлевич, 1887 г. рожд., грамотный, член ВКП(б) с 1919 г., бывший управдом…

Оказывается, этот бывший управдом… оставшись в г. Калинине, уничтожил партийный билет, оказывал содействие квартальному Светогорову по регистрации оставшегося населения. Занял квартиру гр-на Дмитриева и занялся расхищением имущества частных граждан, проживающих в этом доме и эвакуированных из города… обыском обнаружено имущество, принадлежавшее Дмитриеву, Королёвой, Сорокиным и др.

Следует отметить, что в своей деятельности советские «органы» прифронтовой полосы руководствовались соответствующими законами и приказами, в том числе исходящими из НКВД СССР.

Вот письмо наркома Берии от 7 января 1942 г. за N35/1, направленное секретарю Калининского обкома ВКП(б) (копия начальнику УНКВД Токареву):

В соответствии с решением ГКО N1074 от 27/ХII-41 г., приказом НКВД СССР N001683 от 12/ХII-41 г. и директивой НКВД N2162 от 27/ХII-41 г. всех лиц, содействовавших немецким властям или служившим в карательных органах и местном управлении (городские управы, старшины районов, квартальные и т.д.) надлежит арестовывать и привлекать к уголовной ответственности.

О законности и правопорядке того времени нам, нынешним свидетелям россиянского правового беспредела, остаётся только мечтать…

Начальнику УНКВД по Калининской области т. ТОКАРЕВУ.

Копия: секретарю Калининского ОК ВКП(б) т. Воронцову.

15/1-42 г. при проверке тюрьмы N1 УНКВД мной установлено содержание целого ряда следственных заключённых с грубыми нарушениями постановлений ЦК ВКП(б) и СНК СССР от 17/ХII-37г. и 1/Х-38 г. «Об арестах, следствии и прокурорском надзоре». Так, например, 60 чел. содержались с 17 декабря по 20 декабря 1941 г. не только без санкции прокурора, но на них не обнаружено никаких документов или материалов, дающих основания к аресту, за исключением ордера..

Из Докладной записки об итогах борьбы с дезертирством по г. Калинину с 16 декабря 1941 г. по 15 января 1942 г.:

Задержано всего дезертиров, бежавших из частей РККА — 638.

Задержано всего уклонившихся от призыва — 606 чел.

Итого — 1244 чел.

Из лиц, задержанных за дезертирство:

1. Арестовано с оформлением следственных документов и представлено суду Военного Трибунала — 221чел.;

2. Направлено в Особый отдел по причинам, что на следствии выяснилось, что они были в плену у немцев и т.п., — 268 чел.;

3. Передано в КРО по подозрению в шпионаже и оказании помощи вражескому командованию — 20 чел.

4. Направлено на пересыльные пункты РВК для направления в РККВ — 651 чел.

5. Освобождены после проверки — 53 чел.

Из лиц дезертировавшего элемента имеем много случаев, когда они поддерживали связь с Гестапо, выдавая коммунистов и партизан, например:

1. Рыслов Николай Степанович, 1903 г. рожд., красноармеец, во время эвакуации из г. Калинина бежал из части и оставался в городе, имел связь с Гестапо, по его доносу задержан и расстрелян коммунист и партизан Бушмарин…

При выявлении предателей был использован архив, оставленный в городской управе…

4 марта 1942 года в обком партии поступило донесение, теперь из военного трибунала, в котором, в частности, сообщалось:

…В числе осуждённых… мы имеем, правда, в небольшом количестве, бывших членов и кандидатов ВКП(б) в числе 8 чел. и ВЛКСМ — 5 чел.

Наиболее характерными делами об осуждении за контрреволюционные преступления быв. коммунистов и комсомольцев являются:

1. Дело Становова Ивана Михайловича, 1908 г. рожд., быв. члена ВКП(б), который, проживая в д. Вески Тургиновского р-на и как председатель колхоза пользуясь до 1 ноября 1941 г. отсрочкой от призыва в КА, после 1 ноября в военкомат не явился, а после того, как в декабре д. Вески была оккупирована немецко-фашистскими захватчиками, Становов, уничтожив свой партбилет, вышел на связь с немецким комендантом и был назначен старостой этой деревни и как таковой под угрозой понуждал население к работе на немецкую армию и передал лично немцам часть имущества, являвшегося колхозной собственностью…

…Была, между прочим, в практике советских «органов» военной поры и такая малоизвестная особая разновидность их деятельности, как чекистско-войсковая операция. (Докладные записки о результатах их проведения на территории Калининской области хранятся в Тверском центре новейшей истории — ТЦНИ.)

Одна из таких операций для выявления и задержания шпионов, бандитов и дезертиров и других преступных элементов была проведена с 10 по 20 апреля 1944 года (к этому времени свыше 90% территории области было освобождено от немцев), в период весенней распутицы, чтобы, цитирую донесение, охватить сплошной проверкой всех военнослужащих и граждан, передвигающихся железнодорожным транспортом всех видов и по шоссейным дорогам.

Одновременно проводилась проверка населённых пунктов и лесных массивов, примыкающих к железным дорогам в радиусе 6-7 км.

В проведении операции участвовало:

1. Опер. состав органов НКВД, НКГБ, милиции, периферийных органов — 533 чел.

2. Рядовой состав милиции периферийных органов — 127 чел.

3. Бойцы истребительных батальонов — 5 045 чел.

4. Опер. состав транспортных органов — 133 чел.

5. Рядовой состав транспортных органов — 480 чел.

Всего 6 545 чел.

В результате операции было задержано более 4 500 разного рода нарушителей законов военного времени, в том числе:

— шпионов и подозреваемых в шпионаже — 5;

— немецких ставленников и полицейских — 14;

— бандитов — 12;

— дезертиров — 659, из которых уроженцев Калининской области — 113;

— воров — 130.

Было изъято и собрано оружия: пулемётов — 22, автоматов — 69, винтовок — 504.

Приводятся в донесении и сведения о некоторых лицах, а также подробности их задержания. К примеру:

16 апреля 1944 года на Ленинградском шоссе в 3 км от г. Невель был задержан и доставлен в Невельский РО НКВД Мишаров Фёдор Ильич, 1911 г. рожд., уроженец д. Гирсино Невельского р-на. Основанием к задержанию Мишарова явилось то, что у него в красноармейской книжке имелись исправления о призыве на службу. На первом допросе Мишаров показал, что он дезертировал из армии и находился на оккупированной территории; в 1943 г. был завербован немецкой разведкой и в октябре 1943 г. переброшен в тыл Красной Армии с заданием разведывательно-шпионского и диверсионного характера.

15 апреля Бежецкому РО НКВД стало известно, что в церкви на пасхальной службе находился Казаков Василий Сергеевич, 1908 г. рожд., уроженец д. Смердово Теблешского р-на Калининской обл., который Бежецким РО НКВД за дезертирство и бандитизм был задержан в феврале и военным трибуналом осуждён на 10 лет с заменой отправлением на фронт, но дезертировал снова…

«Весь список» подобных персон, особенно с подробностями их деяний, «пропечатать» здесь не представляется возможным — места не хватит. Ограничусь лишь неким Мордашкиным П.Н., 1924 г. рожд., уроженцем д. Заозёрье Невельского района, арестованным 13 апреля, который разыскивался РО НКВД как активный немецкий пособник, служивший в полиции… За время службы в полиции 21 раз выезжал на поиски партизан. В 1943 г. вместе с другими полицаями в д. Болдино Невельского р-на арестовал 13 человек семей партизан и всех расстреляли, имущество разграбили, а их дома сожгли.

Содержащиеся в донесениях подробности читать тяжело. Можете поверить на слово. Даже мне, человеку военному и войну пережившему… Одно хоть немного успокаивает — вера в торжество советского правосудия — в то, что преступники всё-таки получили по заслугам, не избежали суровой кары!

Но для «Мемориала» эти и им подобные преступники таковыми не являются. У мемориальцев свои законы, критерии и оценки. И вот в Твери в последние годы выходят аж три тома так называемой «Книги памяти жертв политических репрессий», в которых без труда можно найти уже знакомые по донесениям НКВД и прокуратуры фамилии. Теперь они реабилитированы, поскольку «пострадали невинно». В их числе уже известный читателю Становов И.М. из деревни Вески Тургиновского района. Реабилитирован ещё в 1964 году. Как и он, оказались невинными овечками Бобров А.С. и Шевелев С.В., тоже упомянутые выше. Они, кстати, мои земляки по Луковниковскому району Калининской области, в 1960 году, при Никите, упразднённому… Мне они «близки» не только по землячеству — не без их содействия 15 ноября 1941 года отряд карателей окружил партизанский отряд (N1 — 24 бойца) и разгромил его. В том бою погибло 11 партизан, 6 было взято в плен (позже все казнены), остальные вырвались из окружения. База отряда — а это был лесной хутор Дубки — кордон Мало-Кошенского лесника Николаева Петра Никаноровича — была разрушена и сожжена полностью, сам лесник и его старший сын Иван за пособничество партизанам через несколько дней были расстреляны.

Николаевы приходились нам близкими родственниками — женой лесника была Александра Андреевна — старшая сестра моего отца…

Если заняться статистикой мемориальского «памятного» тверского трёхтомника, то получается весьма занятная картина: по формально-юридическому критерию к реабилитированным можно отнести что-то около 21% лиц, включённых в «книги». Ведь даже неюристу ясно, что заниматься реабилитацией правомочно лишь то государство, при котором и по законам которого человек был осуждён. Не будь такого железного правила, нашлись бы «правдоискатели» да и потребовали пересмотреть дела, скажем, декабристов или, на худой конец, стрельцов, казнённых Петром Первым. Кстати, никто из вас не задумывался, почему Александр Ульянов, казнённый при царе, да к тому же родной брат Ленина, не реабилитирован?

Правильно: потому что приговорён к смерти и казнён «при царе».

Так что после 1977 года, а тем более после 1991 и ещё тем более — после сентября 1993 года всякая «реабилитация» — фикция и к праву никакого отношения не имеет.

Интересно, что сами нынешние «реабилитаторы», по-видимому, чувствуя свою полную подчинённость политикам-временщикам, в массе своей людям невежественным и подлым, делают, что хотят, да побыстрее — так, что рассмотрением дел на предмет реабилитации стала заниматься даже прокуратура.

Вот и получилось, что подавляющее число «реабилитированных» из третьего тома тверской мемориальской «Книги памяти…» стали таковыми по воле областной прокуратуры.

Кстати, в предисловии к третьему тому «книги» сообщается, что еще минимум две тысячи осуждённых военными трибуналами подлежат реабилитации.

Так что новая партия «мемориальной» макулатуры скоро может «увидеть свет». прежние показания об антисоветской деятельности привлечённых по делу лиц…И вывод: