Москва. Российские университеты — заповедники и заложники советского эталона образования. 20 лет назад на высшее образование никто не жаловался, потом выпускники стали жаловаться на свои вузы, теперь впору жаловаться уже на реформу высшего образования. Она продолжается второе десятилетие: перманентно вливаются деньги, затрачиваются силы. Но… всё не так и всё не то. Возможно, у нас не только верхи не могут, но и низы не хотят.

На что жалуетесь?

За двадцать лет вузы адаптировались к новым условиям, изобрели уникальную по непрозрачности систему управления. При этом почти потеряли обратную связь с экономикой и процессами в обществе. Ругают «вышку», конечно, за качество, точнее, за его отсутствие. Выпускников без энтузиазма берут на работу после учебы, если нет профессионального стажа. Теория без практики – куда бы ни шло, но знания по учебникам двадцатилетней давности вряд ли устраивают выпускников и их потенциальных работодателей. Жару добавляет наше скромное представительство в международных рейтингах вузов. В списках лучших фигурируют лишь два наших самых именитых МГУ и СПбГУ, затерявшихся среди множества китайских и австралийских вузов. Караул! Все средства хороши, чтобы переломить ситуацию!

Действуем как всегда от противного. Именно общественные лидеры рубят связь между образованием и практикой. Ректор МГУ Виктор Садовничий высказался за отказ от заочной формы образования, так как «дать фундаментальную научную подготовку заочно невозможно ни в одной из областей знаний». СПбГУ уже «не планирует в 2010 году вести прием на первый курс заочной формы обучения». А как же принцип «каждому свое»? Кто-то и от «заочки» возьмет по максимуму, кто-то будет плавать с хвостами на дневном. Так и с вузами. У каждого есть сильное и слабое звено. Главное, что шанс стать образованными дамами и господами любой российский вуз предоставляет. «Дерзай, твори, придумывай, мечтай!», как выскоблено на форзаце школьного фотоальбома. Задача иметь в стране университеты мирового класса вовсе не означает, что все вузы могут и должны претендовать на такой статус. У нас слишком лимитированные ресурсы, чтобы поддерживать всех на уровне. Назовите сходу французские вузы, кроме Сорбонны и Эколь Политехник! Назовите британские, кроме Оксфорда и Кембриджа! Вот, а мы ждем, что наши универ-city будут известнее известных без потери потерь.

«У нас около тысячи вузов и еще две тысячи филиалов. Я не уверен, что это мало даже для Китая, — заявил однажды Дмитрий Медведев. — «Последствия очень просты: девальвация образовательного уровня». Государство решило пойти самым простым путем – избавиться от не внушающих доверия alma mater.

Руководитель Рособразования Николай Булаев рассуждает так: торговля уходит от ларьков к более цивилизованным формам магазинов, так стоит поступать и образованию. В ближайший год планируется закрыть или объединить до 200 вузовских «ларьков». Хотя у государства итак есть оружие для сотворения справедливости – выдача лицензий образовательным учреждениям. Тем не менее, 2010-й год обещает стать годом слияний и поглощений в высшем образовании.

Пока университетов достаточно, чтобы успешно удовлетворять растущий спрос на дипломы. Пусть слово «интеллигент» с некоторых пор произносится с презрительным оттенком, сейчас достичь высшего образования стремятся не только зануды и «ботаники» или те, кому влом спуститься за «корками» в «подземку». Наши соотечественники так рвутся к знаниям, что у нас ежегодно в вузы поступает народу больше, чем заканчивает школы. Спрос рождает предложение….

От власти вузам поступило другое предложение — подтягиваться на мировой уровень. Но у высшего образования остаются до боли знакомые проблемы, которые утягивают всю систему вниз. Это неутихающая коррупция, мизерные стипендии, ветхие здания, научная база хромает. Еще острее стоит проблема квалификации преподавателей. Но на это по-прежнему закрываются глаза, взор устремлен к созданию университетов мирового уровня. Когда уже наше самолюбие потешит засилье родных вузов в рейтингах Таймс?!

Вузеры

Руководитель проектов первого в России рейтингового агентства в сфере образования «РейтОР» Алексей Чаплыгин рассказал К2К, почему мы не занимаем видных позиций в международных рейтингах, говорят ли они о качестве образования. «Эти рейтинги, скажем так, ограниченно объективны. Что касается Таймского прежнего (до 2009 года включительно – QS-THES или THE-QS), то он в меньшей степени объективен, потому что базируется на мнении академического сообщества и работодателей, которые практически не знают выпускников российских вузов. Мы могли наблюдать этим летом, как МГУ «контачил» с зарубежными работодателями, но именно эти данные составители рейтинга по каким-то причинам не учли, затем произошел сбой в системе сбора и обработки данных.…После того, как недоразумения выяснились, МГУ поднялся в этом рейтинге сразу мест на 60, но, конечно, виртуально, так как пересмотр результатов рейтинга пока не вошел в практику рэнкеров (исследовательские организации, оценщики вузов).

Рейтинг Шанхайского университета, вроде бы, более объективен, но он фокусируется на научно-исследовательских достижениях, будь то ученые награды мирового уровня или продуктивность и цитируемость в статусных журналах Science и Nature. В западных изданиях трудно найти статьи, безраздельно написанные нашими учеными. Впрочем, основные мировые наукометрические системы (Thomson Reuters и Scopus) развивают обработку российских научных журналов. МГУ просто не обойдешь вниманием, потому что 90% нобелевских лауреатов нашей страны в той или иной степени с ним связаны: либо учились, либо работали там. МГУшные и СПбГУшные авторы заметны, либо печатаются, либо имеют заметный уровень цитируемости: достаточно, например, взглянуть на индексы Хирша (альтернатива классическому «индексу цитируемости») МГУ и СПбГУ, которые составили на осень 2009 года величины 133 и 76 соответственно, что сравнимо с индексами Хирша некоторых стран».

Если нас не устраивают международные рейтинги, если они не внушают нам доверия (это заговор?), можно попробовать самим расставить вузы по местам. Но, как выясняется, нам и тогда нечем похвастаться. «В 2009 году мы представили первый вариант российской версии рейтинга университетов мирового уровня», — рассказывает Чаплыгин. – «МГУ, МГТУ имени Баумана и СПбГУ вошли в первую сотню, еще 3 вуза – во вторую. Мы задумывали оценить качество образования, в результате взяли спектры образовательных программ (правда, это понятие во многом различается здесь и там), которые реализуются в наших и зарубежных вузах. Мы также замерили уровень исследовательских достижений, профессиональную компетентность профессорско-преподавательского состава, ресурсную составляющую, то есть финансирование вуза, уровень его интернационализации и, наконец, интернет-аудиторию. Наши вузы проигрывают вследствие автаркичности (склонность к самодостаточности, замкнутости) системы, сохраняющейся еще с советских времен, низкий уровень международных коммуникаций — и студенческих, и научных».

Личная жизнь вузов

Сегодня вряд ли можно создать университет мирового класса без государственной поддержки — хотя бы потому, что необходимы большие затраты. Мы берем неплохие идеи, хорошие модели, равнение на Кембридж, вкладываем миллиарды, но совершаем досадные, непростительные ошибки. Наверное, любой самый западный подход бессилен, когда замешаны русские мозги.

«На самом деле на образование мы тратим немалые деньги. В общей сложности, если подсчитать, это гигантские суммы, суммы, которые измеряются триллионами, в общей сложности, триллион шестьсот», — говорит президент Дмитрий Медведев. – «Денег много, а расходуем втупую и по-дурацки».
Если вузы не хотят быть лузерами в глобальной конкуренции, они совершенствуются. Власть их поддерживает и, кажется, собирается встряхнуть всю систему образования. Не будет ли эта встряска лишь имитацией перемен?

Итак, три панацеи, которые должны повысить класс нашего высшего образования. Переход на двухуровневую систему «бакалавр-магистр» (Болонский процесс), выделение федеральных и национальных исследовательских университетов.

«Мы должны создать современную систему высшей школы, когда есть два крупных университетских центра — Московский и Санкт-Петербургский, есть федеральные университеты, которые мы уже три года развиваем, есть новые исследовательские университеты и все прочие университеты, за состоянием которых мы должны самым внимательным образом наблюдать. Имею в виду, что наша главная цель — качественное высшее образование для наших людей», — о двух «должны» и одной «цели» Дмитрий Медведев.

МГУ и СПбГУ стоят особняком. У них все в порядке с научной базой, с качеством преподавания, это два крупных университетских центра и примера для подражания, две иконы стиля.Сейчас этим университетам предоставлена широкая автономия вплоть до того, что они могут выдавать дипломы собственного образца. Но назначаться ректора МГУ и СПбГУ будут президентом. В декабре прошлого года оба ректора благополучно сохранили за собой право оставаться таковыми в течение еще 5 лет. Удивляет, что кто-то позволяет себе беспардонно вмешиваться в личную жизнь вузов.

Просто государство считает своим долгом контролировать образование, ведь это наше будущее, основа для так называемой «знаниевой» экономики страны. Высшее образование занимает важное место во всех элементах такой экономики, является двигателем прогресса, модернизации, инновационных процессов. Страны, имеющие лучшие по мировым меркам вузы, быстрее прочих строят «знаниевый» тип экономики.

Ты качественным можешь и не быть… но Федеральным быть обязан!

В 2006 году в рамках приоритетного национального проекта «Образование» были созданы Сибирский и Южный Федеральные университеты. В 2008 году статус федеральных получили МГУ, СПбГУ, а в 2009-м к ним добавился и МГТУ им. Баумана. Всего, согласно планам Минобрнауки, в России будет 14 федеральных университетов. Федеральные университеты в стратегически важных точках, таких как Юг России, Дальний Восток, Сибирь, — хорошая штука. Когда между вузами тысячи километров, качество образования в них не должно подвергаться сомнению. Федеральный университет – мощная образовательная структура, которая может обеспечивать кадрами экономику целого региона. Это университеты федерального значения. Создавать их собираются путем объединения мелких, провинциальных вузов вокруг головного.

Как показывает мировой опыт, укрупнение приводит к улучшению качества образования и завоеванию более высоких показателей в международных рейтингах. Так что создание федеральных университетов через слияние вузов вписывается в общую тенденцию. Во Франции отдельные университеты и высшие школы изучают возможности объединения на региональной основе. В Великобритании почти не осталось «отдельно стоящих» медицинских колледжей — за последние тридцать лет они присоединились к университетам.

Но весь международный опыт также показывает, что без четкой концепции, радикальных изменений в структуре, кадровом составе и управлении любые ресурсы могут быть потрачены напрасно. А четкой концепции у нас не было, нет, и… Мы собираем вузы в один букет, в одну связку, видимо, по принципу: «большое – красивое». Третьим по величине в России был Мордовский Государственный Университет. Но этот вуз в универ-city Саранске прославился не качеством образования, а победами студентов в спортивной ходьбе.

В данный момент запущен процесс создания Приволжского университета на базе Казанского, знаменитого исключением студента Ульянова (Ленина). Директор Центра анализа и перспективного развития КГУ Марат Овчинников поделился с К2К своими надеждами и опасения.

«Вопрос о том, в какие сроки будет создан ПФУ, надо переадресовать в аппарат правительства. До 21 января должно было выйти Постановление о создании университета. Однако этот процесс требует подготовки большого пакета документов, согласования, видимо, пока эти документы еще не готовы. Но лед тронулся. Та база, на которой будет развиваться новый университет, уже есть. Программа развития Приволжского университета по срокам должна быть подготовлена к 21 апреля».

Многие считают, что слияние вузов — палка о двух концах, риск конфликта разных институциональных культур. В Приволжский Федеральный собираются помимо КГУ включить финансово-экономический и педагогический вузы Казани. Интересный поворот, если учесть, что когда-то педагогические вузы образовывались путем отсоединения учительских факультетов.

«Поначалу концепция Приволжского Федерального университета не предполагала присоединения сколько-нибудь крупных вузов», — объясняет Овчинников. – «Но концепция создания сети Федеральных университетов от Минобразования и общие тренды политики в области образования, таковы что, с одной стороны, будет существенное изменения педагогических вузов, присоединение их к классическим университетам в виде факультетов, и создание межрегиональных центров образования. Присоединение к нам «педа» — в данном случае — это попутное решение вопросов. Что касается Финансово- экономического института, он нужен, так как перед федеральным университетом ставится цель существенно более активного участия в экономическом развитии региона. Для нашего университета, как базового, это хорошее включение. Поначалу был важен геополитический аспект. Сейчас он сместился в область социально-экономического развития».

«Чем больше размер вуза, тем больше проблем. Требуется вложить больше ресурсов, денег, а количество этих ресурсов ограниченное. Значительный рост, с нашей точки зрения, нецелесообразен. У ректоров всех вузов есть и определенные опасения, и надежды. Тот подход, который на данный момент реализуется, не предполагает того, что эти вузы будут ликвидированы».

Ты Федеральным можешь и не быть…. Но качественным быть обязан!

Есть опасения, что процесс слияния пройдет под знаком бесконечных организационных передряг и ломок, а содержание образовательного процесса в лучшем случае останется нетронутым, а в худшем — многое будет потеряно. Во многих странах существует практика, приглашать из-за границы антикризисных менеджеров — они руководят университетом во время реорганизации.

Как заявил К2К ректор МФТИ Николай Кудрявцев, «Ректор федерального университета – это, прежде всего, на мой взгляд, политическая фигура, которая может консолидировать этот огромный университет на выполнение его главной функции, но как специалист он не может это все окинуть взглядом». Еще одной проблемой федеральных университетов является обновление кадров, поскольку они были объединены без санации слабых факультетов и подразделений. Кстати, о «приезде преподавателей из разных вузов, из-за рубежа» говорит Медведев.

Для небольших вузов, у которых порядок с научной базой, которые изначально задумывались как малые, есть возможность развиваться без укрупнения, воссоединения. В конкурсном порядке сроком на 10 лет вузу может быть присвоена категория национальных исследовательских университетов. В 2008 году были созданы два таких вуза: Национальный исследовательский ядерный университет на базе МИФИ и Национальный исследовательский технологический университет (МИСиС). Путем тайного голосования в 2009 году были выбраны 12 вузов-победителей, которые получили эту категорию. Конкурс продолжается, до 15 марта от вузов будут принимаются заявки. Статус национальных исследовательских могут получить в этом году еще 10–15 университетов. Для вуза присвоение такого статуса – это новые перспективы, от него много ждут (статус могут и отобрать, если планы не реализуются), его дополнительно финансируют.

«Сегодня исследовательским университетам дали не очень маленькие деньги, но всего лишь на несколько направлений деятельности», — рассказал К2К руководитель Института развития образования ГУ-ВШЭ Исак Фрумин. – «А на собственные исследования денег у этих университетов нет. Это означает, что и полученные деньги будут использованы неэффективно. Причем интересно, что уважаемые люди в Министерстве образования это, кажется, понимают. Только вместо серьезного стратегического разговора запускают нелепую систему еженедельной отчетности».

Любимое пиво российских студентов – «Оболонь», а вот к Болонье и Болонскому процессу они относятся с подозрением, осторожностью. Чему научат за 4 года недоспециалистов — «бакалавров», если даже старых-добрых «специалистов» неохотно берут на работу сразу после окончания вуза? Тем не менее, окончание бакалавриата – хороший промежуточный финиш, когда можно сделать для себя выбор: магистратура или работа.

«В рамках Болонского процесса не только десятки, может быть, даже сотни вузов подписали соглашения со многими зарубежными вузами о «двойном дипломе», — приводит еще одно «за» Алексей Чаплыгин из «РейтОРа». – «Правда, многие студенты, получившие дипломы в таких вузах, почему-то не требуют, не запрашивают свой 2-й диплом. То ли выпускники забывают об этой возможности, то ли этот второй, зарубежный диплом не нужен при устройстве на работу внутри страны. Думаю, со следующего года начнется болонский процесс-2, направленный, в том числе, и на укрепление взаимного признания дипломов».

Но Исак Фрумин считает, что » Вместо использования сущности системы «бакалавр-магистр» для усиления студенческой мобильности мы маскируем новыми словами давно одряхлевшие модели подготовки специалистов».

Есть еще вузы, у которых со своими моделями все в порядке. «Хороших, по-настоящему хороших, наверное, несколько сотен в России, в пределах 300», — рассуждает Алексей Чаплыгин. – «Однако если эти наиболее сильные вузы продолжать держать на голодном ресурсном пайке, то и они скоро деградируют. Последние 20 лет вузы боролись за выживание. Только совсем недавно власти начали закачивать дополнительные ресурсы, которые помогли реанимировать несколько десятков (в пределах сотни) вузов, помогли им выйти на тот уровень, на котором они были в 80-е годы прошлого века или хотя бы приблизиться к тем позициям».

Весь вопрос в том, как правильно использовать выделенные ресурсы. «Необходимо на протяжении ближайших лет проводить целенаправленную государственную политику, — считает Чаплыгин, — развивать финансирование и высшего, и среднего образования, и науки. Возможно, частично перенимать китайский опыт; слабые вузы, научные организации передавать под крыло сильных; больше мотивировать бизнес. Развитие ресурсной базы запустит механизм обновления преподавательского состава. Тогда лет через 15-20 наши вузы займут достойные позиции в международных рейтингах, достигнут стандартов лучших зарубежных университетов».

О создании в России университетов мирового уровня К2К поговорил с ректорами и специалистами ведущих вузов. Разбирайтесь с нами — разбирайтесь лучше нас! Читайте интервью на нашем сайте.