В инквизиционном уголовном процессе «царица» доказательств – это признание обвиняемым (подсудимым) своей вины. Безусловно, у любого инквизитора возникает вопрос: «Как быть, если обвиняемый публичный человек, находится постоянно в поле зрения СМИ, своих сторонников, психологическому давлению не поддается хотя бы потому, что интеллектуально превосходит своих мучителей?» Пытки здесь также не пройдут. Остается одно — фальсификации.

Уголовное дело Грабового Г.П. – это системная фальсификация. Царицей в ней, на высоком пьедестале цинизма, непрофессионализма и аморальности, гордо возвышается Заключение так называемой Комплексной социально-психологической экспертизы (КСПЭ). Научно-методические основы такой экспертизы, как уже подчеркивалось, еще не разработаны ни в России, ни в СНГ, а значит, ее результаты не могли бы стать надежным доказательством даже в случае проведения специалистами высшей квалификации. Фактически, ее провели под руководством следователя и прокуроров, причем, в тайне от Грабового Г.П., т.е. в противоречии с законом, психолог без ученой степени и историк по научной специализации.

Участники уголовного судопроизводства неоднократно заявляли, что назначенные эксперты – свои для властей люди. Их заключение – это донос и по форме и по сути. Оно имеет такое же отношение к экспертному исследованию, как Комиссия по борьбе со лженаукой к открытию Закона земного притяжения. Там нет исследования. Оно заменено незаконной сыскной работой с использованием неизвестных методов и источников. В нем отсутствует логика и наука. Отброшены в сторону общие методические требования к экспертизам вообще. Содержание Заключения-доноса оторвано от основы – материалов уголовного дела. Та часть следственно-зкспертно-судебной практики, которая стала известной не только участникам уголовного судопроизводства, но и более широкому кругу лиц, в частности, и авторам предлагаемой работы, не знала подобных нарушений закона, непрофессионализма и фальсификаций, по крайней мере, за последние 50 лет.

В соответствии с ч. 1 ст. 57 УПК РФ, основное требование к эксперту – это обладание специальными знаниями. В постановлении о назначении Комплексной социально — психологической экспертизы следователь определил, что эксперты должны обладать познаниями в области общей и социальной психологии, психологии влияния, организационной психологии, социологии организаций. Проведение экспертизы поручено:

1. Научному сотруднику Института психологии Российской Академии наук Прокопишину Р.А., не имеющему ученой степени, закончил факультет психологии МГУ по специальности «общая психология», стаж работы 10 лет.

2. Кудеяровой Надежде Юрьевне, кандидату исторических наук, старшему научному сотруднику

Института Латинской Америки РАН, окончила факультет социологии МГУ, позиционирует себя как специалист в области социологии организаций, социологии управления и социологии массовых движений. Стаж работы 12 лет без подтверждения специализации – история или социология.

Указанные специализации эксперты документально не подтвердили, однако и заявленные ими не охватывают всех областей познания, перечисленных следователем в постановлении, как необходимых для проведения экспертизы. В уголовном деле имеется неудовлетворенное следователем ходатайство защитника Грабового Г.П. об истребовании подтверждений относительно квалификации экспертов.

Эксперты на основании ч. 5 ст. 199 УПК РФ вправе были возвратить без исполнения постановление следователя, учитывая, что представленных материалов явно недоставало для ответов на вопросы следствия и они не обладают достаточными знаниями для проведения комплексной социально-психологической судебной экспертизы, научно-методические основы которой еще не разработаны.

Научный анализ уголовного дела, изложенный в Заключениях предыдущих научных экспертиз, показал незаконность основных процессуальных решений следствия: возбуждения уголовного дела, задержания Грабового в качестве подозреваемого, избрания ему меры пресечения и предъявления обвинения. Нарушения закона при расследовании дела были системными, они охватывали и принципы уголовного судопроизводства, в частности принципы законности, уважения чести и достоинства Грабового Г.П., охраны его прав и свобод, неприкосновенности личности и жилища, презумпции невиновности и т.д. (статьи 7, 9 — 12, 14 – 19 УПК РФ). В отдельные процессуальные действия вносились заведомо неправдивые сведения, т.е. они были сфальсифицированы. Следственные органы, расследуя дело Грабового Г.П., нарушили статьи 17 (1), 22, 23, 25, 29 (1), 49, 51 Конституции РФ.

Напомним, что Заключения первых двух научных экспертиз суд, в нарушение ст. ст. 45-48 Конституции РФ, ст. 16 УПК РФ, не приобщил к уголовному делу. Все же у научного эксперта, как мы думаем, было понимание, что есть мера, предел нарушениям закона. Почему? Потому что за этим пределом — средневековье, дикость, отсутствие не только правовой, но и общей культуры. Возможно, у всех теплилась надежда, что судьям, после прочтения Заключения, станет стыдно за себя, обвинителей и следователя, они вспомнят, наконец, присягу, Конституцию, свою высокую миссию служения Закону, Чести и Справедливости, и с удвоенной энергией будут исправлять содеянное. Увы, этого не произошло. Сердца судей оказались удивительно твердыми, героически неподатливыми, не приученными к сентиментальности, не склонными к измене, т.е. измене тем принципам, которые, видимо, стали их профессиональным ориентиром. Однако могло быть и другое. Продержав Грабового Г.П. в следственном изоляторе два года, мужественные, моральные профессионалы могли признать нарушение закона и решительно его исправить, невзирая на возможные для себя последствия. Этого не произошло. Важный для уголовного дела и Правды документ судьи вновь не приобщили к делу.Оцените творчество экспертов и следователя, т.е. Заключение КСПЭ. Оцените спокойно, без возмущений. Следственно-судебная система такая, какая есть. Она глубоко укоренилась, она ваша, как ваши и проблемы, которые эта система создает. Другой не имеете. Она вечный крест, который братья-славяне несут на свою Голгофу.