Хочу предупредить читателя, что автор этих размышлений до 2008 г. ни в каких партиях не состоял. Более того, родившись в довольно религиозной семье, мечтал о рясе священника, отказывался носить пионерский галстук, а на Пасху не выходил на обязательный субботник. Это было в начале 60-х.
Трудно сказать, когда начало меняться моё отношение к религии и к социалистическому строю — пожалуй, это произошло в конце правления Н. С. Хрущёва. Невидимым смерчем стала врываться в нашу жизнь идеология Запада. Спустя триста лет после Петра открылось второе «окно в Европу». Начиналось время долгожданной диссидентами и работниками ЦРУ хрущёвской «оттепели». Пришло время внедрения в нашу жизнь плана Алена Даллеса по уничтожению нашего государства. «Знаменитый» своей подлостью ХХ съезд начал давать плоды. Закрутились рентгеновские плёнки с черепами и скелетами, с нарезанных кустарным способом дорожек которых неслись опустошающие душу русского человека звуки твистов, рок-н-ролов и прочей «музыкальной цивилизации». Началась погоня за модными тряпками и заводились разговоры о достоинствах капитализма. Опустив глаза долу, со вздохами говорили о замечательной жизни в США. В церквях, почти в открытую, начали звучать антисоветские проповеди. Не всем церковнослужителям это сходило с рук. Некоторые по «путёвкам» КГБ уезжали на заслуженный отдых в «субтропики» Соловецких островов. Мой духовник по такой же «путёвке» умчался совершать требы из благодатного Фрунзе в Нижний Тагил. Хрущёв не жаловал эту братию и разбирался с нею «круто». Но уже ничто не могло помешать ЦРУ внедряться во все сферы нашей жизни. Стали появляться «кружки» по изучению Библии и антисоветской литературы. (Надо сказать, что ранее прихожане ортодоксальной церкви Библию почитывали изредка, отдавая предпочтение частым посещениям богослужений. Нынешние «уверовавшие» не делают ни того, ни другого, демонстрируя свою «твёрдую веру» нательным изображением полукреста, полураспятия.) Заседания проводились в частных домах, подвалах. Мы с матерью «просвещались» в здании котельной, обогревающей пятиэтажный дом работников МВД. Надо отметить, что работа «кружков» была продумана здорово и влияние на членов оказывала изрядное. Наши юные головы манила «тайна», конспирация и особенно противопоставление себя «ужасному» КГБ. Многие мои товарищи по «вере» навсегда растворили себя в этой грязи… Кроме нелегальщины изучался в основном Ветхий Завет и мне, очень любознательному пареньку, непонятно было — как из истории еврейского народа могла «выясняться» сатанинская сущность В.И. Ленина и И.В. Сталина. Да, врагом Церкви была Советская власть, но власть не нынешняя, т. е. существующая, а власть, оболганная и оплёванная на помянутом съезде. Это мне казалось необъяснимым. Никита Сергеевич «драл» церковников как «сидоровых коз», но каждое утро в небеса устремлялась молитва «…о властех и воинстве» страны. Сталин же, проявлявший известную терпимость к «служителям культа», был ими ненавидим. Итак, ничего не понявши в Ветхом Завете, я взялся за Завет Новый — канонические Евангелия, деяния и послания Апостолов. Дабы избавиться от «комментаторов», я старался уединяться, чтобы составить своё личное мнение о написанном… Поначалу разгорячённые до температуры плавления мозги не давали ответа на многочисленные «почему?!» «как же так?!», «зачем?!». Много, много лет ушло, дабы сформировался ответ почти на все «?!». Но ещё тогда, в самом начале, я уже стал понимать, что Церковь, именующая себя «русской православной христианской», являла собой нечто совершенно противоположное учению Христа, а уж русской она не была тем более. Тем более что для Руси Учение Иисуса не предназначалось вовсе (Мтф. 10:5,6). Но вот духовные основы, заложенные в развитие первого в мире социалистического общества, частично совпадали с Учением, пришедшим на нашу грешную Землю 2000 лет назад. Две тысячи лет тому назад… «поздним вечером весеннего месяца нисана» великим пророком из Назарета Иешуа Га-Ноцри была дана Заповедь, призванная изменить мировоззрение людей, считающих себя Homo Sapiens. На Тайной Вечере он благовестил своим ученикам: «Заповедь новую даю вам: ДА ЛЮБИТЕ ДРУГ ДРУГА…». Только в любви к ближнему, братстве, товариществе — в уважении друг к другу видел Учитель путь, по которому «погибшие овцы дома Израилева» (Мтф.10:6) вошли бы в Царство Божие, преобразовавшись из опустившего себя человеческого существа в Человека обновлённого с высокими Человеческими идеалами. И ключом в Царство Справедливости и Света, он был уверен, служит не мошна с деньгами, а Сердце, горящее как факел, несущее людям Свет истины. И не они ли громче всех орали: «Распни его!»?! Наверняка, многие жалели, многие сочувствовали, но и любящие его молчали. Ни в ком не взыграла пламенная Человеческая душа, никто не бросил подонкам обвинения в преступлении! Люди, люди, и через две тысячи лет вы останетесь такими же… А что же у нас? А у нас тоже «не до любви» было. Как в кошмарном сне протянулась последняя тысяча лет после крещения Руси: половцы, татаро-монголы и немецкие рыцари; поляки, шведы, литовцы — кто только ни рвался в обескровленную полуторавековой гражданской войной обесчещенную страну. И когда уже казалось, что кончается Русь, как воплощение древних Героев являлись её Спасители — Дмитрий Донской и Александр Невский, Козьма Минин и Дмитрий Пожарский… Последние Рюриковичи создавали Державу. Но не уберёгся Иван Васильевич, выпил чашу вина, в котором подмешан был боярами яд. Лишилась Русь сильного руководителя. Бояре, бояре! Слишком добр был к вам Иван Васильевич, слишком быстро притупились сабли опричников, срубая головы алчных, продажных бояр! И не судьба, видимо, была ещё Руси обрести ХОЗЯИНА… Безмозглые, онемеченные Романовы опустили страну в трёхвековое рабство. «Соль земли» — крестьяне — продавались, обменивались на домашнюю скотину, травились собаками. Несметные богатства скапливались у самодержцев, а наипаче у их фаворитов. Страна разлагалась. К концу ХIХ в. Россия по экономическим и промышленным показателям отставала от развитых стран на добрую сотню лет. Попытки некоторых государственных деятелей поднять экономику страны приводили лишь к очередным экономическим катаклизмам. Многие из них искренне любили Россию и хотели её расцвета, но одной любви было мало. Требовались высочайшая компетенция в решаемом вопросе, огромная эрудиция и стальная воля. Этими качествами романовские министры похвастаться не могли. И Россия катилась в беспросвет, Россия кончалась… Октябрьская революция взорвала мышление народа России, её уклад, обычаи, стиль жизни — всё полетело вверх тормашками, что-то срывалось с ног на голову, что-то становилось с головы на ноги, и всё вертелось в невероятной карусели. И лишь железная воля Ленина в известной степени охлаждала раскалённые человеческие страсти, не давала озверевшим людям в одночасье убить друг друга. Одним из соратников В.И. Ленина был И.В. Сталин. Подавляющее большинство населения РФ не знает о нём практически ничего. Поколение 50 — 80-х годов черпало сведения по истории из учебников, состряпанных по указанию Н.С. Хрущёва. По многочисленным версиям и аргументам он являлся одним из главных действующих лиц по устранению Иосифа Виссарионовича. Тому подтверждением различные версии о смерти Сталина, рассказанные Хрущёвым в разное время. Ю.И. Мухин в книге «Убийство Сталина и Берия» опубликовал три версии. Мне же известна ещё одна, т.е. четвёртая. Четыре версии от одного человека об одном и том же событии? В дальнейшем, став основоположником развала Советского Союза, мог ли он допустить, чтобы мы знали правду о Вожде?! Сейчас у Хрущёва появились последователи. Нынешнее поколение черпает сведения из подобных же учебников, только с ещё большей степенью фальсификации. Но самым главным «учебником жизни и истории», несомненно, являются СМИ. И в первую очередь телевидение. Вряд ли стоит говорить о порядочности (вернее, её отсутствии) господ телеведущих. Сванидзы, гордоны, соловьёвы — это люди, в генотипе которых, видимо, занимает особое место ген лжи и злословия. Ложь, клевета, лицемерие — это их работа, это их образ жизни. Мы же ставим себе задачу, насколько позволит объём статьи, разгрести небольшое окошечко в той куче мусора, которым мерзавцы заваливают память создателя Великой Державы. Конечно, намного лучше нас это могли бы сделать современники Сталина, но их уже осталось мало. Однако, мы знаем о них такое, чего не могли бы отрицать ни хрущёвские «историки», ни господа вонидзы. Человека (я имею в виду «усреднённого») можно заставить сделать всё, что угодно — солгать, украсть, убить ближнего, сплясать, заплакать… Но есть в душе каждого человека нечто столь сокровенное, столь могучее, которому не страшны ни пытки, ни деньги и даже сама смерть бессильна — человека невозможно заставить любить. Сталина же народ любил. С кличем «За Родину, за Сталина!» бросались бойцы на немецкие танки, держа в руках бутылку с «коктейлем Молотова». «За Родину, за Сталина!» — были последние слова героев, горящих в огне, сражаемых вражеской пулей, удушенных верёвкой палача. Немецкие офицеры, воевавшие и в Первую мировую войну, в своих мемуарах отмечали невероятную самоотверженность, сравнимую лишь с японскими камикадзе, присущую советским воинам. Выдающиеся достижения первых двух пятилеток, победа в Великой Отечественной войне заставили мир по-иному взглянуть на молодую страну и на её руководителя. Взглянули на него по-другому и его злейшие враги. Наверняка большинство читателей знакомо с речью У. Черчилля об И.В. Сталине, а вот высказывание генерала Деникина (да, да, «того самого»), пожалуй, мало кто знает: «Когда Сталин летел в Тегеран, я очень переживал, как бы с ним чего не случилось. И лишь когда по радио сообщили, что он долетел благополучно, облегчённо вздохнул, поскольку понимал, что без него (выделено мной. — В.Т.) России придёт конец». Не менее интересно и мнение А. Ф. Керенского (лютого врага социализма): «Россия пребывала в спячке, он пробудил её… Индустриальный гигант, военный колосс (СССР. — В.Т.) — это его заслуга. Провёл народ через ад и вернул ему чувство собственного достоинства. Ныне каждый вынужден считаться с Россией». Да уж… «Были времена, прошли былинные…». «Народ с чувством собственного достоинства», где ты?! Ау!… Молчит. Не слышит. Иль, от стыда сгорая, не может слово вымолвить? Иль его вовсе нет? Народ — остался, а вот чувство собственного достоинства растворилось — у кого в погоне за долларами, у кого в стакане водки, а у кого в полумраке церквей, где попы с пеной у рта поносят всё советское. А «народ» согласно кивает головами, с глупо-пьяной ухмылкой слушая откровенные оскорбления наших вождей — Ленина и Сталина… Но есть и исключения. Так, протоиерей Дмитрий Дудко писал: «Сталин был… ближе к Богу… Наши патриархи Сергий и Алексий называли его богоданным вождём». Этого же мнения придерживался крупный учёный-хирург и богослов архиепископ Лука (Войно-Ясенецкий): «Если с Божеской точки посмотреть на Сталина, то это в самом деле особый человек, Богом данный, об этом свидетельствуют даже его противники…». Надо сказать, что сам Лука «сидел» до войны, но на отношении к Иосифу Виссарионовичу это не отразилось, поскольку архиерей был действительно умным и порядочным человеком. Вот некоторые подробности его жизни, рассказанные им самим: «…Неожиданно вызвали меня в муртинское ГПУ и, к моему удивлению, объявили, что мне разрешено ехать в г. Томск для работы в тамошней очень обширной библиотеке медицинского факультета. Можно думать, что это было результатом посланной мной из ташкентской тюрьмы маршалу Клименту Ворошилову просьбы дать мне возможность закончить свою работу по гнойной хирургии, очень необходимую для военно-полевой хирургии. В конце войны я написал небольшую книгу «О поздних резекциях при инфицированных ранениях больших суставов», которую представил на соискание Сталинской премии вместе с большой книгой «Очерки гнойной хирургии». По окончании работы в эвакогоспитале 15-15 я получил благодарственную грамоту Западно-Сибирского военного округа, а по окончании войны был награжден медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.» В 1946 году я получил Сталинскую премию Первой степени за мои «Очерки гнойной хирургии» и «Поздние резекции при инфицированных ранениях больших суставов». Уж поскольку мы упомянули о пятилетках, думаю, что читателям будет небезынтересно узнать, что думают современные капиталистические воротилы о стране Советов «того» времени. В 1991 году на советско-американском симпозиуме наши «демократы» стали «лить елей» на так называемое «японское экономическое чудо», попискивая от подобострастия. Их льстивый пыл охладил… миллиардер Хероси Такавама: «…Вы не говорите об основном. О вашей первенствующей роли в мире. В 1939 году вы, русские, были умными, а мы, японцы, дураками. А в 1955 году мы поумнели, а вы превратились в пятилетних детей (постеснялся, видать, японец сообщить, что превратились в придурков). Вся наша экономическая система практически скопирована с вашей, с той только разницей, что у нас капитализм, частные производители и мы более 15% роста никогда не достигали, а вы же — при общественной собственности на средства производства — достигали 30% и более. Во всех наших фирмах висят лозунги сталинской поры». Трудно перечислить все отрасли народного хозяйства, в которых т. Сталин проявил себя выдающимся специалистом. Об этом написано много и очень интересно. Я предложу вашему вниманию несколько случаев, дающих представление об отношении Иосифа Виссарионовича к искусству. О его взаимоотношениях с артистами, режиссёрами, тем более что об этом пишут редко. Трудно сказать какому жанру Иосиф Виссарионович отдавал предпочтение. Скорее всего — всем. Они все были для него равно важные для воспитания советского человека. Поскольку же «из всех искусств для нас важнейшим является кино» (В.И. Ленин), начнём с него. В тот период фильмы выпускались редко. Но зато каждый из них был шедевром! Какое внимание уделялось кинематографу, даёт представление тот факт, что по поводу фильма «Большая семья» 9 августа 1946 г. проводилось заседание Оргбюро ЦК ВКП(б), где Сталин выступал докладчиком. (А ведь прошёл всего лишь год после окончания войны и страна ещё лежала в руинах.) Но наиболее интересной была, пожалуй, постановка фильма «Иван Грозный». Первый вариант фильма оказался неудачным — его должны были переделывать. К Сталину в Кремль были вызваны С. Эйзенштейн (главный режиссёр) и Н. Черкасов (исполнитель роли Ивана Грозного). И вот между Сталиным и Эйзенштейном происходит интереснейший диалог: Сталин. Эйзенштейн. Сталин. Более или менее? …Я тоже немножко знаком с историей. У вас неправильно показана опричнина. Опричнина — это королевское войско… Царь у вас получился нерешительный, похожий на Гамлета… Царь Иван был великий и мудрый правитель, и если его сравнить с Людовиком XI, который готовил абсолютизм для Людовика XIV, то Иван Грозный по отношению к Людовику на десятом небе… Беседа у них была продолжительная и очень интересная. Знакомясь с ней, невольно удивляешься — когда Сталин всё это успевал? Ведь здесь он показал себя не только знатоком истории, но и прекрасным её аналитиком. Был Иосиф Виссарионович страстным любителем и классической музыки. По его указанию была возобновлена постановка оперы М.И. Глинки «Иван Сусанин» с новым либретто (не помешает отметить, что бытует мнение, якобы первое название оперы было «Жизнь за царя». Это не так. Первоначально опера называлась именно «Иван Сусанин». Михаил Иванович не отличался верноподданническими чувствами и название «Жизнь за царя» ему было навязано, как был навязан и либреттист — придворный француз-поэт, от текста которого Ф.И. Шаляпин не только плевался…). По-видимому, это была любимая опера Сталина. Я делаю этот вывод из следующего случая: Серго Лаврентьевичу Берия звонит отец (Лаврентий Павлович) и сообщает, что они вечером всем Политбюро едут в Большой слушать «Ивана Сусанина», где должен находиться и Серго. Серго взрывается: «Я же не Иосиф Виссарионович, чтобы по нескольку раз слушать одну и ту же оперу!». В 1931 г. газета «Советское искусство» опубликовала разгромную статью против И.С. Козловского за его «буржуазный» репертуар. Отношения артиста с Большим театром стали сложными, он был на грани увольнения. Но на одном из концертов он, по просьбе Сталина, на «бис» спел «песенку Герцога», что послужило скорым награждением орденом. Естественно, великий артист стал недосягаем для руководства ГАБТа. На этом взаимоотношения Сталина и Козловского не кончились. Похоже, что Иван Семёнович стал любимым певцом Вождя. За артистом часто стала приезжать правительственная машина (естественно, без предупреждения) и увозила в Кремль. Однажды произошёл курьёзный случай. У Козловского болело горло и он даже говорил с хрипотцой. Но приехавшей машине не было дела до горла певца и он был доставлен по месту назначения. Его ожидали Сталин и Берия. Увидев, что певец болен, Сталин рассмеялся и сказал: «Сегодня ты отдыхаешь, а мы тебя развлекаем», после чего они с Лаврентием Павловичем исполнили дуэтом популярную грузинскую песню «Сулико». Что при этом испытывал Иван Семёнович — осталось его тайной. Было за что любить, было… Смерть Иосифа Виссарионовича стала национальной трагедией. Я помню этот день — сырой и пасмурный. В г. Фрунзе весна уже вступала в свои права и на ветках елей лежали остатки серого тающего снега. Шли люди. Много людей. Кто вытирал слёзы, кто плакал навзрыд. Что-то вещали громкоговорители. И мне казалось, что лица у людей были цвета снега. Через многие годы я читал, что в тот день в Москву люди рвались со всей России. Для предотвращения давки правительством были отменены пригородные поезда, отменён был даже ленинградский поезд. Но остановить людей возможности не было. В очереди к гробу люди простаивали по трое суток. И это был месяц март. И было это в Москве, а не в южном Фрунзе. Как и где они отдыхали, чем питались, куда, простите, ходили в туалет — для меня это осталось загадкой по сей день. Несмотря на все предпринятые меры, народу погибло много. Но мне думается, что если бы их оживили тогда — они опять пошли бы в ту же очередь, чтобы проститься с любимым Вождём. Любили Иосифа Виссарионовича, любили… В том горьком 1953 году начальник правительственной охраны полковник Н. Захаров после смерти И.В. Сталина описывал его имущество. Два френча, шинель, ботинки, две пары валенок — новенькие, подшитые, ни разу не обутые. И огромная библиотека, которую он собирал всю жизнь. ВСЁ! Товарищ Сталин, товарищ Сталин… Вы были слишком милосердны. Иосиф Виссарионович! Товарищ Сталин! Вы учили нас любить Родину. Вы учили нас быть сильными и храбрыми. Вы призывали нас созидать прекрасное, светлое, вечное… Но не упали те зёрна в землю добрую. Народ, которому Вы посвятили жизнь, предал Вас. Ваше Имя отдано псам на растерзание. И любящие Вас — молчат. ЛЮДИ! ЛЮДИ!! ВЫ ВСЁ ЗАБЫЛИ!!! Вы забыли, как радостно и весело, всей страной мы праздновали Первомай и 7-е ноября — все улицы страны освещались светом улыбок, песнями и суетой малышей, держащих в руках красные шары. Вам не нравился Сталинский социализм? — Добро пожаловать в ельцинский капитализм! Вы забыли то время, когда по советскому телевидению вы смотрели не лицедеев с сомнительной внешностью и поведением, не похотливых «звёзд», забывающих, что на сцене надо одеваться, а воистину звёздную труппу Большого театра, которой рукоплескала столица оперы — Милан! Вам стал неинтересен МХАТ Горького? — Наслаждайтесь «знаменитыми» сериалами, после которых резко увеличивается количество абортов у несовершеннолетних девочек. И тогда вам показывали не замерзающие города с голодными детьми, не родильные дома и операционные отделения, где Чубайс безнаказанно отключил электроэнергию. Вам показывали прекрасные пионерские лагеря, где наши дети беззаботно проводили всё лето, и ни у кого не могло быть мысли, что их может захватить кучка изуверов, и что вместо компота им придётся пить собственную мочу! Вы забыли, что жили в райском саду, который назывался СОЮЗ СОВЕТСКИХ СОЦИАЛИСТИЧЕСКИХ РЕСПУБЛИК! Люди, люди… Вы историю изучали? Более или менее. (Надо сказать, что С. Эйзенштейн был одним из эрудированнейших людей своего времени.)Но не упали те зёрна в землю добрую. Свершилось страшное предательство. Нет, не Иуда предал его. Его предал весь народ иудейский. Всё было забыто в одночасье. И те, кому он отдавал свою энергию и знания, кого избавлял от страшных недугов и возвращал зрение, с кем он делился хлебом, отдали его на поругание и смерть.

Post
skriptum предлагаю немного почти никому неизвестной поэзии: Шёл он от дома к дому, В двери чужие стучал. Под старый дубовый пандури Нехитрый мотив звучал. В напеве его и в песне, Как солнечный луч чиста, Жила великая правда — Божественная мечта. Сердца, превращённые в камень, Будил одинокий напев. Дремавший в потёмках пламень Взметался выше дерев. Но люди, забывшие Бога, Хранящие в сердце тьму, Вместо вина отраву Налили в чашу ему. Сказали они: «Будь проклят! Чашу испей до дна!.. И песня твоя чужда нам И правда твоя не нужна!» Иосиф Джугашвили, 17 лет