В чем же разница между российскими миллионерами прошлого и современности? И куда исчезла «купеческая» совесть?

Как уже писал «АиФ», власть решила заставить олигархов хоть немного поделиться нажитым богатством. Одних «попросили» скинуться на спорт, других на науку и т.д. А вот крупнейших бизнесменов конца XIX — начала XX века не нужно было просить и учить любви к Родине. Большинство из них вошли в историю именно как щедрые меценаты, а не финансовые гении или «обиратели» простого народа

В чем же разница между российскими миллионерами прошлого и современности? И куда исчезла «купеческая» совесть?

Щедрость в стоптанных туфлях

Самые известные богачи-меценаты начала прошлого века — два Саввы: Мамонтов и Морозов. Первый щедро спонсировал художников и создал первую частную оперу России, на сцене которой впервые спел Ф. Шаляпин. Второй вложил почти полмиллиона рублей в создание и развитие МХАТа. Любопытно, что оба мецената, как и дети сегодняшних нуворишей, в юности много времени проводили за рубежом: Мамонтов учился пению в Италии, Морозов закончил Кембридж в Англии. Но, видимо, их отцы сумели привить им любовь к отечеству. Мамонтов по возвращении принялся строить железные дороги, причем, как говорят историки, порой даже не для получения прибыли, а чтобы принести пользу стране (позже предприниматель разорился). Морозов, став управляющим мануфактурой отца, много времени уделял быту рабочих: построил новые казармы, наладил медицинское обслуживание персонала и т.д.

Гораздо скромнее сегодняшних олигархов были богачи прошлого и в личных расходах. Уже упомянутый Савва Морозов нередко ходил в стоптанных туфлях. А один из самых богатых купцов того времени Гаврила Солодовников и вовсе слыл скупердяем. Рассказывали, что он давал копеечные чаевые и обедал вчерашней гречкой (сразу вспоминается прошлогодний обед Романа Абрамовича в одном из нью-йорских ресторанов за 52 тыс. долл.). А между тем на средства Солодовникова еще при его жизни был построен Московский театр оперетты, несколько училищ, клиника при медицинском факультете МГУ. А после смерти на благотворительные цели согласно завещанию ушло практически все его состояние — 20 млн рублей.

Украли миллион — отдали копейку?

Сказать, что нынешние миллионеры не отстегивают на благотворительные нужды ни копейки, было бы неправдой. Именные благотворительные фонды есть у М. Прохорова, В. Потанина (этот миллиардер вообще собирается завещать на благотворительность все свое состояние). Поддерживает Большой театр О. Дерипаска, слывет меценатом подруга Р. Абрамовича Д. Жукова. Вот только в благородные порывы нуворишей сегодня никто не верит. Почему?

— Причин несколько, — объяснили AIF.RU эксперты-социологи, — во-первых, никто из них ни разу убедительно не объяснился в любви к своей стране. Поэтому в обществе и считается, что они дают деньги не для того, чтобы совершить благое дело, а для того, чтобы откупиться от притязаний власти, от народной зависти и т.д. Во многом, это действительно так. Один из сильнейших мотивов сегодняшней благотворительности носит глобальный характер: если вы — крупный благотворитель, вы тем самым сразу входите в мировую элиту, сплошь состоящую из владельцев крупных капиталов. Если угодно, участие в крупных благотворительных проектах — это входной билет в закрытый клуб. Таких соображений у российских меценатов начала прошлого века не было. Они очень любили Россию, не завися при этом в своих лицензиях, налогах, стратегиях слияния и поглощения от обитателей Царского Села. Сегодня же, когда биржевая стоимость акций серьезно зависит от высказываний ключевых политиков, не говоря уже других формах патронажа со стороны властей, желание нравиться нередко принимает формы благотворительных взносов.

Во-вторых, сегодняшние российские миллиардеры своим диким поведением на этапе первоначального накопления капитала (большая его часть наживается нечестным путем) разожгли огромный костер народной нелюбви. Своими сказочными богатствами они дразнили бедную страну и теперь за это расплачиваются. Благотворительность воспринимается россиянами как жалкая подачка от украденных у государства миллионов. Возможно, со временем, если внуки нынешних миллионеров будут вести себя достойно, отношение к их благотворительной деятельности поменяется и к ним будут относиться, как к меценатам начала прошлого века, купцам в третьем поколении.

Кстати

В начале прошлого века государство само создавало условия для развития благотворительности. Так министр финансов С. Витте лично выбивал госнаграды для Саввы Мамонтова. За щедрые пожертвования купцу могли даровать потомственное дворянство. А сегодня благоприятствования со стороны закона к этой деятельности в России отсутствует: никакой налоговой амнистии или налоговых послаблений крупные российские благотворители не имеют.